Святитель Филарет и поэт Александр Пушкин.

                     26 мая 1828 года Пушкину исполнилось 29 лет - возраст, по меркам первой половины XIX столетия, чем зрелый. В тот день его, видимо, обуревали печальные раздумья. Мы никогда не узнаем непосредственной причины этой грусти, но о том, что она была, свидетельствует стихотворение, специально помеченное автором этой датой.

А.С. Пушкин

26 мая 1828

Дар напрасный, дар случайный,

Жизнь, зачем ты мне дана?

Иль зачем судьбою тайной

Ты на казнь осуждена?

Кто меня враждебной властью

Из ничтожества воззвал; „

Душу мне наполнил страстью,

Ум сомненьем взволновал?..

Цели нет передо мною:

Сердце пусто, празден ум,

И томит меня тоскою

Однозвучный жизни шум.

                     Эти стихи поэт записал в альбом своей доброй знакомой Елизавете Михайловне Хитрово, урожденной Голенищевой-Кутузовой, дочери прославленного победителя Наполеона, фельдмаршала и князя Смоленского. Елизавета Михайловна была почитательницей митрополита Московского Филарета и как-то, когда владыка, будучи в Петербурге, был у нее, показала ему в своем альбоме пушкинские стихи. Святитель счел нужным ответить поэту, и написал в тот же альбом другие стихи.

Святитель Филарет

Не напрасно, не случайно

Жизнь от Бога мне дана,

Не без воли Бога тайной

И на казнь осуждена.

Сам я своенравной властью

Зло из темных бездн воззвал,

Сам наполнил душу страстью,

Ум сомненьем взволновал.

Вспомнись мне, Забвенный мною!

Просияй сквозь сумрак дум –

И созиждется Тобою

Сердце чисто, светел ум.

                     Елизавета Михайловна тотчас написала об этом Пушкину, прося его придти и прочитать ответ архипастыря на его строки. Пушкин ответил ей (это было в первой половине января 1830 года: «...Мне невозможно сегодня предоставить себя в Ваше распоряжение - хотя не говоря уже о счастье быть у Вас, одного любопытства было бы достаточно для того, чтобы привлечь меня. Стихи христианина, русского епископа, в ответ на скептические куплеты! - это, право, большая удача».

                     Пушкин вскоре ответил на стихи святителя Филарета. Этот ответ без указания на историю произведения, был опубликован 25 февраля в еженедельнике «Литературная газета» с пометкой «19 января 1830, СПб.».

А.С. Пушкин

В часы забав иль праздной скуки,

Бывало, лире я моей

Вверял изнеженные звуки

Безумства, лени и страстей.

Но и тогда струны лукавой

Невольно звон я прерывал,

Когда твой голос величавый

Меня внезапно поражал.

Я лил потоки слез нежданных,

И ранам совести моей

Твоих речей благоуханных

Отраден чистый был елей.

И ныне с высоты духовной

Мне руку простираешь ты,

И силой кроткой и любовной

Смиряешь буйные мечты.

Твоим огнем душа палима

Отвергла мрак земных сует,

И внемлет арфе Серафима

В священном ужасе поэт.

                     Так завершился, кажется, единственный в своем роде обмен стихотворными посланиями между великим поэтом и великим иерархом России. На пастырское увещевание владыки Филарета Пушкин ответил со смирением истинного христианина и душевной теплотой, раскрывающей глубинное отношение поэта к Творцу Вселенной.

                     О нем же свидетельствует, надо полагать, и одно из лучших поздних стихотворений Пушкина, в котором он перелагает великопостную молитву Ефрема Сирина. Эти стихи написаны за полгода до гибели поэта.

Отцы пустынники и жены непрочны,

Чтоб сердцем возлететь во области заочны,

Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв,

Сложили множество божественных молитв;

Но ни одна из них меня не умиляет,

Как та, которую священник повторяет

Во дни печальные Великого поста;

Всех чаще мне она приходит на уста

И падшего крепит неведомою силой:

Владыка дней моих! дух праздности унылой,

Любоначалия, змеи сокрытой сей,

И празднословия не дай душе моей.

Но дай мне зреть мои, о Боже, прегрешенья,

Да брат мой от меня не примет осужденья,

И дух смирения, терпения, любви

И целомудрия мне в сердце оживи.